Thursday, June 02, 2011

Ирен Жакоб: воплощение невинности / Irène Jacob: The picture of innocence (2006)

"Жакоб, молодая франко-швейцарская актриса, появилась в маленькой роли учительницы музыки в фильме «До свиданья, дети», который нравился Кесьлёвскому. Во время одного из семинаров он спросил студентов, кто из них помнит девушку из этого фильма Луи Малля. Когда большинство подняли руки, режиссер понял, что – несмотря на всего лишь две минуты экранного времени – Жакоб производит впечатление. Кесьлёвский пригласил её на пробы, вместе со многими другими французскими актрисами, и был поражен не только талантом, но и застенчивостью актрисы: «В этом бизнесе редко встретишь робких и сдержанных людей», - добавил он".
(цитата по книге Аннетт Инсдорф, отсюда)

**
источник
опубликовано 5 мая 2006 года

Швейцарская актриса Ирен Жакоб (Irène Jacob) оказывает необыкновенное влияние и вызывает восторг определенных слоёв кинокритоков-мужчин среднего возраста. Когда ранней весной этого года её самый известный фильм – «Двойная жизнь Вероники» (1991) Кшиштофа Кесьлевского – снова был показан в кинотеатрах, даже обычно непробиваемые обозреватели не могли скрыть восхищения. «Время не истощает восторженного почитания», - писал The New Yorker. «Чистая, заставляющая сердце замереть красота Ирен Жакоб – вот что излучает сияние», - воздает хвалы The Guardian.

Загадочную ауру, окружающую Ирен Жакоб, дополняет то, насколько мало она снимается после «Двойной жизни Вероники». Позже она снова заблистала в трилогии Кесьлевского, «Три цвета: Красный» (1994), но позже, хотя актриса и работает постоянно, ничто не может сравниться с её игрой в этих двух картинах.

Джефф Эндрю (Geoff Andrew) из Национального театра кинофильмов в Лондоне уверен - ничего удивительного нет в том, что карьера актрисы Жакоб в период после работы с Кесьлевским пошла на спад. «Встретившись с ней, понимаешь, что Кесьлевский выстроил свои картины вокруг неё. В ней есть поразительная невинность и чистота. Она воплощает добродетель и достоинство - что случается нечасто. Именно это ощущение добродетели не приедается и придаёт картинам Кесьлевского их редкие качества».

Кесьлевский был магом и алхимиком. В руках прочих режиссеров она не может блистать подобным образом. Эндрю продолжает: «Она прекрасная актриса, профессионал, но ей больше не удается быть изумительной, поражать. В нас осталось культовое впечатление, такой иконный её образ после двух фильмов Кшиштофа Кесьлевского, и это впечатление крайне сложно превзойти и перебить».

Почти вся моя беседа с Ирен Жакоб свелась к её работе с Кшиштофом Кесьлевским. Она рада в подробностях рассказать о своей работе, но о собственной жизни не говорит почти ничего: «Я чувствую себя не очень уютно, когда мне задают вопросы о моей частной жизни». Если она и раскроется, то только «под защитой маски персонажа. Именно эта дистанция создаёт поэзию».

По иронии, оба фильма, «Двойная жизнь Вроники» и «Три цвета: Красный» выдают, раскрывают глубины её сокровенной жизни гораздо в большей степени, чем удалось бы любому интервью.

Её биографические данные найти нетрудно. Жакоб родилась 15 июля 1966 года в парижском пригороде. Отец – знаменитый врач, мать – психолог. У неё трое старших братьев: двое – научные работники, один, Франсис, музыкант. [с ним Ирен в настоящее время выступает в группе под названием IF Irene Jacob / Francis Jacob - Е.К.]. В возрасте трех лет Ирен с семьёй переехала в Женеву. Там она жила до середины 1980-х, когда начала свою кинокарьеру.

Прошло уже 16 лет с тех пор, как в те времена совершенно неизвестная Жакоб получила приглашение на пробы к Кесьлевскому. Свой счастливый билет она обрела благодаря Энди МакДауэлл (Andie MacDowell) – эту американскую кинозвезду Кесьлевский подумывал снять в роли Вероники. МакДауэл почти дала согласие, но потом подвернулся другой контракт, и она отказалась от двойной роли в картине польского режиссера.

За несколько лет до этого Жакоб уехала из Женевы во Францию в поисках актерской работы. Единственная примечательная её роль в тот период – в фильме Луи Малля (Louis Malle) «До свиданья, дети» (Au Revoir Les Enfants, 1987), которым восхищался Кесьлевский.
Понятно поэтому, что он быстро проникся к ней симпатией. Ирен Жакоб была не только фотогенична, как любая модель. В ней была восприимчивость, чувствительность и тихая печаль, восхитившие режиссера. В лице Жакоб он обрел прекрасную музу.

С «Вероникой» Кесьлевский предпринял радикальный шаг, к которому его польские коллеги изначально отнеслись с крайним подозрением. Его работа коренилась глубоко в социальной и политической жизни Польши. А с «Вероникой» режиссер избрал иной путь – психологический, метафизический, - изображения современной жизни. Повествование зиждется на совпадениях – на необъяснимости соответствий, связи жизней двух девушек (одна в Польше, другая во Франции). Они никогда не встречались (ближе всего друг к другу они были, когда одна заметила другую в автобусе), но их судьбы взаимопереплетаются.

Актриса вспоминает: «Двойная жизнь Вероники – о том, что обычно невозможно снять, запечатлеть на пленку – интуиция, предчувствия, весь внутренний мир ощущений».

Кесьлёвский был очень требователен к Жакоб. Он хотел не просто актерской игры. Он хотел от этой сдержанной и немногословной актрисы полного раскрытия её личных качеств.

В первую встречу режиссер поставил перед актрисой целый ряд сложных заданий. Её просили сымпровизировать отдельные сцены из сценария. Из рассказа Жакоб кажется, что Кесьлевский пристально изучал её с почти антропологическим любопытством: «Он замечал малейшие нюансы – то, как ты хмыкаешь, хмуришься, облизываешь губы или сглатываешь».

Наверное, неслучайно героинями последних картин Кесьлевского, начиная с «Вероники», становились женщины. Данута Сток в книге «Кесьлевский: о себе» цитирует слова режиссера:
«Вероника» - классический фильм о женщине: женщины отличаются большей восприимчивостью и интуицией, а кроме того, придают им большее значение. Снять такой фильм о мужчине невозможно. Хотя я обычно не разделяю людей подобным образом – на женщин и мужчин. Когда-то в Польше меня очень критиковали за то, что я упрощаю характеры героинь, не понимаю сути женственности. Действительно, в моих первых фильмах женщины не были главными героями».

В то же время Ирен Жакоб вспоминает, что Кесьлевский отказывался обсуждать с ней подтекст происходящего, скрытые темы фильма: «Это означало бы вести речь о метафизике, случаях, случайностях и двойниках. Он говорил мне, что поскольку фильм воспринимается на уровне поэзии, нам следует быть очень точными и определёнными. Для Кесьлевского случайности и метафизика существовали в повседневности всегда – луч света, дождь...»

«Вероника» принесла Ирен Жакоб титул Лучшей актрисы на кинофестивале в Каннах. Она признаётся, что была ошеломлена тем, как эмоционально зрители восприняли эту историю, отождествили себя с ней: «Кшиштоф повторял, что если рассказывать историю откровенно и как свою личную, то она окажется не общепринятой и банальной, люди примут её близко к сердцу. Странный парадокс, но это правда».

Покинув Женеву ради карьеры актрисы, Ирен вернулась в родной город для работы над вторым фильмом с Кшиштофом Кесьлевским, «Три цвета: Красный». Она играет молодую фотомодель, которую судьба столкнула с пожилым судьей (Жан-Луи Трентиньян/Jean-Louis Trintignant) – девушка спасла его собаку после аварии на дороге. Судья - ожесточенный и немного неопрятный человек, проводящий дни в подслушивании телефонных разговоров своих соседей.

Жакоб вспоминает польского мастера кино как очень серьезного и упорно работающего режиссера, обладавшего чувством юмора и дружески привязанного к коллегам по съемочной площадке. Он шутливо называл Иренку «осликом» или «кенгуренком». Был всегда открыт навстречу обсуждениям и предложениям от любых работников съемочной группы: «Он придерживался теории, что если сказать коллегам, будто уже знаешь, каким будет фильм, никто не станет ничего предлагать».

«Красный» из трилогии «Три цвета» стал последним фильмом режиссера. Он умер 13 марта 1996 года, полтора года спустя после завершения работы над трилогией.
С тех пор Ирен Жакоб снимается в Голливуде, в европейских артхаузных картинах, играет на сцене в Лондоне...
Но «Вероника» и «Красный» затмевают всё остальное, сделанное ею.

Перевод – Е. Кузьмина © При использовании моих переводов обязательна ссылка на сайт http://cinema-translations.blogspot.com/
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...