Wednesday, April 25, 2007

"Рай": интервью с Кшиштофом Песевичем / Heaven: an Interview with Krzysztof Piesiewicz

Существует не так широко известная связь между польским киношедевром "Декалог" - и фильмом «Рай», новым международным проектом. Это история про итальянского полицейского, который влюбляется в британскую учительницу (ставшую террористкой и страдающую от сознания своей вины).

Любители кино, знакомые с «Декалогом», великой польской интерпретацией Десяти Заповедей, знают имя режиссера Кшиштофа Кесьлёвского, но немногим известно, что сериал был задуман Кшиштофом Песевичем, адвокатом, который был со-инициатором, cоавтором и соратником семнадцати проектов режиссера. В качестве адвоката он пять лет защищал активистов Солидарности, а его доскональное знание техники полицейских допросов и разнообразных судебных процедур – важная составляющая "Рая".

Два Кшиштофа, работавшие вместе над «Синим», «Белым» и «Красным» (свобода, равенство, братство) планировали создать новую трилогию, но Кесьлёвский умер от сердечного приступа в 54 года – до того, как сценарий «Рая» был закончен.

Песевич завершил сценарий и написал продолжение – «Ад» и «Чистилище».

Кесьлёвский не собирался режиссировать эту трилогию, рассказал Песевич на международном фестивале в Карловых Варах в прошлом июле.

Режиссером фильма стал Том Тыквер (Tom Tykwer), немецкий режиссер, снявший «Беги, Лола, беги». Сценарий подвергся невероятным лингвистическим метаморфозам: польский, французский, немецкий, английский и итальянский языки. В фильме, съемки которого прошли в Италии, снимались Кейт Бланшетт (Cate Blanchett), австралийская актриса, и Джованни Рибизи (Giovanni Ribisi), американец.

Хотя Песевич (по контракту авторские права принадлежат ему) утверждал, что доволен фильмом, создалось впечатление, что в его голосе таилось сожаление. А когда он вспоминал свою работу с Кесьлёвским, слышна боль, любовь - и юмор.

«Его смерть стала утратой не только для кино, но и для всего человечества,» - сказал он.
В 57 лет его лицо выглядит столь же мрачно, как и у Кесьлевского, когда ему приходилось выдерживать журналистские вопросы.

Песевич никогда не хотел быть адвокатом. В студенчестве его страстью была попытка понять истоки тоталитаризма - и в нацизме, и в коммунизме. Однако он прославился после того, как начал практиковать в области криминального и семейного права в 1975 году. Вскоре Песевич оказался под влиянием трудов профессора Гарвардского университета Лона Фуллера (Lon Fuller), утверждавшего, что закон - не просто инструмент управления, что он обязан воплощать истинные моральные ценности.

«Когда я это понял, то присоединился к движению против коммунистического режима. Я начал защищать людей в оппозиции, и постепенно, в 1980 году, стал одним из них».

Песевич познакомился с режиссером через Ханну Краль (Hanna Krall), она была его клиенткой. Это польская писательница, еврейка, написавшая о пережитом ею: во время войны её прятала польская семья. (Позже эта история легла в основу «Декалога VIII».) Краль знала, что Кесьлевский хотел бы снять документальный фильм о том, как в суде велись дела "военного положения", и предложила, чтобы эти два человека встретились.

"Мы собирались пообщаться в течение получаса, - вспоминает Песевич, - но говорили часами и часами, и продолжали говорить обо всем все следующие 16 лет. Я пробовал убедить его не делать такой фильм по двум причинам. Во-первых, нам не разрешили бы снимать место, где происходили события. Во-вторых, в зале суда подлинную драму не увидеть, потому что там каждый играет роль. А истинная драма неожиданна и спонтанна."

Тем не менее, когда их допустили в зал суда, оба, к своему изумлению, увидели, что судьи – видимо, памятуя об уроках истории, - боялись быть заснятыми на пленку во время вынесения ими несправедливых приговоров. Присутствие камеры, без сомнений, помогало защите.

(на фото - кадр из док. фильма "Still Alive")
Шесть месяцев спустя Кесьлевский иронически поинтересовался, хотел бы Песевич быть художником, творцом. «Я не знаю, что такое быть или не быть художником. Я лишь улыбнулся. Вскоре мы начали писать сценарийБез конца» / No End / Bez konca). Как нам пришла мысль работать вместе? Теперь, годы спустя, думаю, что он разглядел во мне детскую наивность, - ведь я верил, что с ним вместе могу пойти куда угодно, даже в суд, и убедить коммунистов, что они не правы».

Фильм «Без конца» был создан после смерти [от рака] его коллеги-юриста. В фильме призрак молодого адвоката (своего рода дух чистого сознания, не способный выжить при коммунистическом режиме) наблюдает действительность после введения военного положения. Тем временем старый адвокат, склонный к компромиссам, берется за дело его клиента, активиста оппозиции. В финале одинокая вдова уходит, чтобы воссоединиться со своим умершим мужем. Эта сцена эхом отражается в «Рае».

«Мы не хотели делать фильм о военном положении, - сказал Песевич. - Мы хотели показать определенных людей и их внутреннюю сущность. Подобное изображение подверглось нападкам со стороны коммунистических властей. Это единственный польский фильм, описавший атмосферу и драму того времени. Шок военного положения погасил чудесный огонь в душах людей, выступавших против режима. «Без конца» описывает мой опыт, но не факты из моей биографии». 

Однако факт: в первые два месяца после введения военного положения Песевич каждый день менял место проживания, потому что боялся ареста и заключения в лагерь интернированной интеллигенции.

Сейчас Кшиштоф Песевич – польский политик. Оглядываясь на те полные опасностей годы, он говорит: «Иногда в человеческой жизни наступает момент, когда мы прикасаемся к раю на Земле, и для меня это были первые несколько лет движения Солидарности, когда не существовало разницы между докторами, адвокатами и рабочими». Он видел тогда, как сила воли и сердца побеждала пули и танки. Но порожденные военным положением конфликты и подозрения среди друзей до сих пор находят свое отражение в жизни Польши.

Будучи очень молодыми людьми, сказал Песевич, «мы соприкоснулись со всем. Я защищал бандитов и героев, а Kесьлёвский снимал фантастические документальные фильмы. Но он пришел к пониманию, что существуют преграды, не соответствовавшие его творческим стремлениям. Вы не можете с камерой вмешиваться в интимный мир людей. Попытки вмешаться были бы варварством. А в художественном кино такое возможно. Схожие проблемы были и у меня с работой адвоката. Я больше интересовался не что человек сделал, а почему. Что происходит с человеком? Как нам следует с ним поступить? Почему человек внезапно превращается в животное?»

Этот общечеловеческий вопрос отражен в «Декалоге», на создание которого Песевича вдохновила картина XV века, виденная им в детстве. Она называлась "Декалог" и была разделена на десять частей в соответствии с тематикой того времени. Песевич задавался вопросом, как они смогут говорить о Польше, находящейся в военном положении.

«Церкви были полны людей, и мне было любопытно, как они воспримут, расшифруют «Декалог». Стали они религиозными или политизированными? Это парадоксы нашего времени». 

В конце концов авторы решили, что в драмах изображенных ими людей политика играть роли не будет.

Она не играла роли и пять лет назад, когда они начали работу над «Раем», и терроризм еще не стал новостью номер один на первых полосах газет.

«Сценарий задает вопрос: почему красивая, молодая, умная женщина решает заложить бомбу, - говорит Песевич. - В итоге нам эта женщина становится симпатична. Я знаю, что терроризм это зло. Это больше чем зло. Это – проявление драматической безнравственной ситуации, сложившейся в мире. Но почему это становится проблемой прекрасных молодых людей? Это очень важный вопрос: почему?»

источник
Перевод – Е. Кузьмина © При использовании моих переводов обязательна ссылка на сайт http://cinema-translations.blogspot.com/
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...